Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

граммарнаци

Верхний пост

Здесь матерятся, оскорбляют чувства верующих, разжигают ненависть к социальным группам мудаков, идиотов и бюрократов.
Здесь встречаются фоточки еды, детей и животных.
Здесь не встречается реклама, если вы видите пост про какую-то девайсину - значит, она мне действительно нравится, и я ей действительно пользуюсь.
В этом посте можно сообщить, что Вы не бот и не тролль. Но это необязательно - я получаю уведомления о добавлении во френды, просматриваю журналы добавивших и иногда добавляю ответно. Если мне интересно, конечно.

Белая гадость лежит под окном (с)

Со вчерашнего дня меня в инсулиновых шприцах волнуют не только маркировка (U-100 или U-40) и количество компонентов (съёмная игла или нет), но и длина иглы.
Колоть маленьких нежных девочек - это одно. Колоть жирного лабораторного самца - совсем другое. Две иглы я об него уже погнула. Ему больно, мне страшно и жутко жаль его. Но черт возьми, у него шкура с каждым днём все толще! А для моего кошелька неприятность заключается в том, что там, где на девку одного шприца хватает на три-четыре укола (тупую иглу я чувствую раньше, чем крыса), на этого красавца все по правилам: один укол - одна игла. Четыре укола в день, и так до субботы. Ни у кого ненужных инсулинок не завалялось?
Вчера после очередной экзекуции отправила красавца гулять по дивану и ушла курить. Потом помыла руки (вы знаете, как воняет цефтриаксон? А марфлоксин? А если они на руках смешаются?), загрузила посудомойку, убрала игрушки и залегла на диван с книжкой. Очнулась от того, что мой ремень кто-то жуёт.



Красавчик же, ну.
аска

Правильный ответ

Я с детства знаю правильные ответы на огромное количество вопросов. Важно понимать, что правильный ответ и честный ответ - далеко не одно и то же. Правильный ответ - это такой ответ, который полностью удовлетворит вопрошающего и не повлечёт дополнительных расспросов. Ложью, кстати, он тоже быть не обязан. Предоставление неполной информации, ничего криминального.
Я профессиональная лгунья. Я во время оно умудрялась обмануть родителей, учителей и собственного парня так, что когда кто-то из них узнавал о кусочке реальности, шок его был безмерным. До сих пор есть некоторое количество нерассказанной правды, поскольку она просто утратила актуальность и ворошить все это им в голову не придёт, а мне незачем.
Из предыдущих двух пунктов вытекает третий - у меня идеальная память. Сложно быть склеротиком, создавая вокруг себя альтернативный мир лжи. Обязательно где-то проколешься, обязательно спутаешь версии, обязательно скажешь лишнего кому-то, а потом - «Питер - город маленький, за углом встретимся». К тому же, можно потеряться, забыть, где кончается правда и начинается вымысел. Мне за глаза хватило стирания границы снов и яви.

Давно это все было. Как только пропала необходимость делать вид, что я не та, кем являюсь, отпала и потребность сочинять сказки. В нашем прекрасном цивилизованном мире есть один большой плюс - всегда можно сказать: «не нравится - не ешь,» - и не бояться последствий. Но каждое обвинение в том, что я что-то забыла или перепутала, меня неистово веселит. Я плохо запоминаю лица и имена, ещё хуже их ассоциирую, о чем всегда предупреждаю, но события я помню всегда.

И еще раз о нашей Слоупочте.

Почта России, отделение за нумером 199178


Обратите внимание на таймстамп в правом нижнем углу.
Из четырех окон работает полтора, выдачу мелких пакетов за каким-то чертом перенесли туда же, где выдают крупные посылки и принимают заказные письма. Отдельное окошко выдачи теперь занимается только подписками и выдачей писем. Сотрудников двое, один молчит и работает (надо отдать должное, работает быстро для инвалида), другая хамит и посылает, потому что "не хочу" и "это не мои обязанности". Не ее, действительно. Но хамить-то зачем? Книги жалоб либо нет, либо очень хорошо спрятана. На сайте Почты России форму обратной связи я не нашла, видимо, тоже хорошо прячут.

А что мне привезли, я покажу через неделю. Пока тестирую, решаю, надо ли оно мне)

Укуренные животные

Медведь понавернулся от бабушки. Привез, как обычно, фингал, крестик и, внезапно, новую книжку. "Дед мороз красный нос" называеццо. Это, товарищи, пиздец. Это даже комментировать особо не нужно.

Collapse )

P.S.: у Моссудмеда, кстати, тоже культурный шок от того же издательства)

Трудно быть богом

искусствоведов группа тихо
задумчиво глядит на холст
и вдруг один седой и строгий
отчетливо сказал говно.

Я не знаю, чего хотел добиться Герман, снимая "Трудно быть богом". Поскольку его лента не имеет ни малейшего отношения к исходному тексту, я склоняюсь к мысли, что он хотел просто потроллить население. Ну, знаете, как если бы Близзард двенадцать лет обещали офигенный второй старкрафт, а выпустили бы восьмибитную херню. Троллинг удался.
Вообще, первая эмоция, которую вызвал фильм - недоумение. "Андрей, ты хоть что-нибудь понимаешь?" - через пятнадцать минут просмотра. Фильм начинается с жопы. Грязной, обосранной человеческой жопы, в которую не менее грязные люди с лицами глубоких имбецилов тыкают острой палкой. Концептуально, да. Потом кого-то топят в сортире, предварительно проверяя, хватит ли глубины ямы для полного погружения утопляемого. Голос за кадром рассказывает про эпоху Возрождения.
Вторая эмоция - отторжение. Не отвращение, именно отторжение. Я, если что, перечитала оригинал за сутки до просмотра... ммм... киноленты. И в оригинале довольно внятно обозначено отношение главного героя к окружающему миру. Румата из книжки едва ли стал бы спать в одном помещении с рабами. И уж точно он не стал бы спать под столом, уставленным объедками со вчерашней попойки. Собственно, отторжение возникает именно из-за конфликта ожиданий и реальности. А вслед за ним - желание встать и покинуть зал. Однако, остается смутная надежда на то, что дальше будет что-то более содержательное.
Так вот, ничего содержательного не будет. Будут кучи говна, лужи крови, члены, десятки сломанных носов, вырванный глаз, еще кучи говна, еще лужи крови, еще члены, внезапно ослиный член на весь экран, лица уродов (в медицинском смысле), заглядывающие в камеру, немного сисек, мутные диалоги, опять говно, члены и кровь, шипастые фаллоимитаторы в Веселой башне, измазанные то ли кровью, то ли дегтем, то ли хрен его знает чем. И белые платки Руматы, и белые розы - к месту и не к месту. Остатки надежды пропадают где-то через полтора часа просмотра, как раз в тот момент, когда становится жалко потраченного времени.
Кстати, о "то ли кровью..." Фильм черно-белый. Вероятно, если бы он был цветным, его бы просто не пустили в прокат - кинотеатры побоялись бы за обивку кресел. Когда я попыталась представить все вышеописанное в цвете - у меня внезапно пропал аппетит. Людям с более тонкой душевной организацией и менее веселым прошлым, наверное, потребовался бы тазик.
И все же, я бы простила Герману этот гипертрофированный реализм, если бы за всем этим скрывалась хоть какая-то мысль. Однако, от книжки осталось ровно три мысли: "Что бы ты сказал господу" с Будахом, причем в процессе разговора Будах судорожно пытается проссаться; "Одной легендой больше, одной меньше" с доном Ребе, который из опасного интригана превратился в слабоумного старикашку, страдающего ожирением, и "Там где есть серые, всегда приходят черные". Я, наверное, чего-то не понимаю, но для этих трех моментов не нужно ни четырнадцати лет съемок, ни трех часов экранного времени. Голливудские постановки, которые идут в среднем девяносто шесть минут, несут в себе примерно столько же смысла.
Зато он очень хорошо, достоверно, можно сказать, любовно изобразил Веселую башню. Видимо, полторы страницы, уделенные Стругацкими описанию этого замечательного заведения, возбудили фантазию мэтра больше, чем вся остальная книга. Ну и дедушка Фрейд порадовался бы тому, что именно родилось в воспаленном мозгу.
А после фильма, выйдя в вечерний Питер, я ощутила злость. Надо сказать, что Стругацких я люблю давно и нежно. Мир полудня в детстве был прекрасной сказкой про высокоразвитый мир победившего коммунизма. Позже - как и любая сказка - он стал отдушиной, в которую можно спрятаться от недружелюбной реальности. Герои "Трудно быть богом" - высокоморальный брезгливый дон Румата, мудрый дон Кондор, светлая девочка Кира, благородный в лучшем смысле этого слова дон Пампа - у Германа превратились в опустившихся алкоголиков, похотливую олигофренку и жирного быка-привет-девяностые с мечом. У Германа некого спасать, да и незачем - нет ни лучей света, ни особого желания. У Германа некого любить, даже жалеть никого не получается. Недружелюбная реальность стала спасением от этого фильма.

Резюме? Все просто. Сие художество не имеет отношения ни к кино, ни к Стругацким, ни к искусству. Это имеет отношение к сенильной деменции и размазыванию говна по стенам.
Уже после просмотра я читала отзывы, пыталась найти, что же мой маленький мозг не уловил в этой ленте. И в положительных отзывах часто проскальзывает фраза: "Ну это же артхаус, что вы хотели". Я люблю артхаус. Это кино не для всех. Но "Трудно быть богом" - кино ни для кого. Оно для режиссера, и только. Автору глубоко срать на зрителя, что со всей очевидностью и продемонстрировано кучей говна на экране.

P.S.: а вчера, когда градус злости снизился, я посмотрела "Трудно быть богом" 1989 года режиссера Фляйшмана. Так вот, фильм не из лучших, я видела куда более интересные экранизации книг. Но это - фильм. Вызывающий эмоции, отличные от отторжения, отвращения и злости. Фильм, предлагающий проблему к обсуждению. Фильм, напоминающий о том, что в мире есть место свету, как бы плохо все ни было на первый взгляд.